Уэльс победил Новую Зеландию 35:28 не потому, что восемьдесят минут отбивался от заведомо более сильного соперника. Валлийцы занесли пять попыток, дважды резко начинали таймы и точнее распоряжались моментами, которые получали. Их защита придала этой победе характер, но фундамент результата был заложен и в нападении.
All Blacks, напротив, владели мячом почти две трети матча и провели заключительную четверть встречи возле валлийской зачётной линии. Однако объём работы не стал качеством. Новая Зеландия создала достаточно давления, чтобы спасти матч, но не сумела превратить его в очки: мяч трижды удерживали над зачётным полем, продолжительные серии заканчивались потерями, а решения становились всё более предсказуемыми. Для меня именно здесь находится причина поражения — не в отсутствии таланта или желания, а в потере ясности под сопротивлением соперника.
Команды подошли к матчу с разными проблемами
Уэльс неделей ранее обыграл Японию 28:21, но тренерский штаб не скрывал, что качество исполнения оставалось неровным. Стив Тэнди сделал четыре изменения в стартовом составе. Аарон Уэйнрайт выбыл из-за повреждения икроножной мышцы, Томас Фрэнсис повредил колено на тренировке, а Тейн Бэшем вернулся в сборную впервые после Six Nations 2024 года.
Валлийский состав нельзя было назвать ни устоявшимся, ни переполненным опытом. Габриэль Хамер-Уэбб проводил только второй матч за сборную, Эдди Джеймс и Макс Ллевеллин ещё формировали сочетание в центре, а возвращение Бэшема меняло баланс третьей линии. Но в этой неопределённости была и энергия. Уэльс вышел не ждать ошибки соперника, а сразу проверять, насколько быстро новая новозеландская комбинация сможет перестраиваться.
Потери и ротация All Blacks
Новая Зеландия приехала после победы над Шотландией 43:21 с гораздо более тяжёлым списком потерь. Уилл Джордан получил повреждение задней поверхности бедра, Джорди Барретт прошёл последующие проверки после неудачного HIA, однако в Кардиффе не играл. Ещё до поездки из-за травм отсутствовали Арди Савеа, Самисони Таукеиахо, Шеннон Фризелл, Тайрел Ломакс и Калеб Кларк. Уже одного этого было достаточно, чтобы привычная конструкция All Blacks заметно изменилась.
На прямой вопрос, почему в составе не оказалось сразу нескольких ведущих игроков, есть фактический ответ: штаб сознательно выбрал широкую ротацию. По сравнению с матчем против Шотландии Дэйв Ренни сделал десять изменений в заявке и восемь в стартовом составе. Уилл Джордан выбыл из-за травмы, а Коди Тейлор, Дэмиан Маккензи и Кэм Ройгард получили отдых перед встречей с Англией и решающим уикендом Nations Championship.
Одновременно штаб решал несколько других задач. Ричи Мо'унга и Антон Линерт-Браун получили необходимое игровое время, Антон Сегнер и Фехи Финеанганофо впервые вышли в стартовом составе. Северная часть турнира состоит из нескольких тяжёлых матчей подряд, поэтому нагрузку действительно нужно распределять, а глубину состава невозможно проверить, не доверяя игрокам в тестах. Ренни подчёркивал конкуренцию за места и называл выбранную команду сильной: игроки в заявке имели суммарный опыт в 783 теста. После поражения он не отказался от своей оценки и сказал, что созданных возможностей было достаточно для победы.
Недооценили ли Уэльс
Публично никто в штабе All Blacks не называл Уэльс лёгким соперником. До матча Ренни, напротив, отмечал угрозу со стороны хозяев и атмосферу на Principality Stadium. Поэтому говорить о доказанном высокомерии нельзя. Но именно эту встречу выбрали для самого масштабного обновления перед Англией и финальным уикендом, а значит, штаб всё же недооценил риск одновременной замены такого количества связок.
Проблема оказалась не в том, что каждый из вышедших игроков был слабее отсутствовавшего конкурента. Штаб одновременно изменил слишком много связок, от которых зависят управление и скорость общего решения. Без Тейлора изменились лидерство и организация стандартов, без Ройгарда и Маккензи исчезла привычная пара 9-10, без Джорди Барретта центр лишился важного связующего игрока, а травма Джордана убрала одного из главных завершителей. Огромное суммарное количество тестов не заменило опыта совместной игры именно в этих сочетаниях.
Уэльс выиграл редкие моменты
Ответ появился уже через полторы минуты. Валлийцы отобрали мяч, быстро перевели его направо, Луис Рис-Зэммит пробил в зачётное поле, а Томос Уильямс первым добрался до мяча. Это была не случайная попытка после удачного отскока, а точное использование переходного эпизода, пока защита All Blacks ещё не восстановила ширину.
Вскоре Дьюи Лейк завершил атаку после аута и мола. Арчи Гриффин занёс третью попытку в первом тайме, а после перерыва Эдди Джеймс и Рис-Зэммит за пять минут увеличили преимущество до 35:21. Сэм Костелоу реализовал все пять попыток. Уэльс не нуждался в длинных сериях: команда быстро понимала, где возник перевес, и не позволяла Новой Зеландии исправить первоначальную ошибку.
При этом первый тайм Уэльс провёл не без ошибки, которая могла дорого обойтись. Уже после истечения основного времени валлийцы имели возможность выбить мяч в аут и уйти на перерыв при счёте 21:14. Возможно, команда слишком поверила в пойманный темп и решила продолжить атаку. Владение было потеряно, All Blacks получили последний шанс и через две с половиной минуты добавленного времени Финеанганофо занёс попытку. Выигранный валлийцами тайм превратился в ничью, а соперник вернулся в раздевалку без семиочкового отставания.
Особенно важен Томос Уильямс. Он не просто ускорял мяч из рака, а постоянно менял точку начала атаки и отдал четыре результативных паса. Когда All Blacks сужали защиту против мола или прямого продвижения, мяч уходил к трёхчетвертным; когда новозеландцы заранее растягивались, Уэльс возвращался к короткой игре. Поэтому пять попыток получились разными по построению, хотя все выросли из одного качества — быстрого распознавания свободного пространства.
Самоотдача стала частью системы
После попытки Питера Лакаи на 53-й минуте счёт стал 35:28. Оставшееся время Уэльс почти постоянно провёл в защите, причём значительную его часть — возле собственной линии. В этот момент победу удержали не только характер и поддержка трибун, но и способность снова занимать позиции после каждой следующей фазы.
Эдди Джеймс остановил Антона Линерт-Брауна, когда попытка казалась почти неизбежной. Гарет Томас удержал Уоллеса Ситити над зачётным полем, Джеймс Ботэм не позволил приземлить мяч Асафо Аумуа, а после серии из 21 фазы Джек Морган выиграл важнейший мяч в раке. Валлийцы трижды не дали All Blacks приземлить мяч за линией. Каждый такой эпизод требовал не одного красивого захвата, а нескольких правильных действий подряд: закрыть внутреннее плечо, не потерять ширину, подняться после контакта и снова включиться в защиту.
Мне важно не свести эту работу к привычным словам о героизме. Самоотдача Уэльса была организованной. Игроки понимали, когда можно атаковать мяч в раке, а когда важнее сохранить людей на ногах; крайние защитники не бросали внешние каналы ради эффектного давления в центре; помощь приходила до того, как первый защитник окончательно терял контроль над контактом. Именно поэтому огромное количество новозеландских фаз не разрушило линию автоматически.
У такой защиты была цена. Уэльс слишком долго оставался без мяча, не идеально провёл аут и несколько раз оказался в сантиметрах от пропущенной попытки. Это трудно сделать устойчивой моделью на целый турнир. Но в конкретном матче валлийцы приняли нагрузку, не потеряли дисциплину и заслужили победу тем, что выполняли тяжёлую работу до последней фазы.
Владение All Blacks потеряло направление
Статистика легко создаёт впечатление, что Новая Зеландия обязана была выиграть. All Blacks больше владели мячом, совершили значительно больше передач и продвижений, чаще преодолевали линию преимущества и подолгу находились на чужой половине. Но они потеряли мяч 15 раз против семи валлийских, а в первом тайме, по подсчёту Ренни, допустили девять потерь, четыре из них — после необязательных передач после контакта.
Эти ошибки были особенно болезненны, потому что возникали не только под немедленным давлением. Новозеландцы несколько раз сами усложняли продолжение: передавали мяч партнёру, стоявшему не в лучшей позиции, уходили в контакт без удобной поддержки или растягивали фазу, которая уже потеряла скорость. Вместо того чтобы заставить Уэльс защищать всю ширину, они позволяли ему снова собраться.
В концовке атака стала односторонней. Иногда All Blacks переводили мяч наружу после того, как уже создали численное преимущество ближе к раку. В других фазах продолжали идти в плотный контакт, хотя валлийцы успели стянуть туда защитников. Ратима, Мо'унга и Барретт обладали опытом, необходимым для изменения рисунка, но их решения не складывались в единое управление. Два разыгрывающих на поле не дали двойной ясности — временами они оставляли команде два возможных центра принятия решений.
Два решения Бодена Барретта, как показатель нерешительности
Один эпизод особенно точно показал новозеландскую нерешительность. После валлийского удара мяч двигался по зачётному полю, и по его траектории уже было видно, что он не успеет выйти за пределы поля до приближения преследующего игрока. У Барретта было около восьми секунд, чтобы подобрать мяч и перевести его на свободный правый край. Большая часть валлийцев ещё оставалась на своей половине, поэтому там можно было начать ответную атаку против невыстроенной защиты.
Барретт всё равно ждал, словно надеялся, что мяч каким-то образом успеет уйти. В результате All Blacks получили пробитие с линии зачётного поля и вскоре лишились владения. Ошибка заключалась не в техническом исполнении, а в отказе от доступной инициативы: фулбэк увидел пространство, но предпочёл более пассивный и менее выгодный сценарий.
Похожая пауза возникла после выхода мяча в аут. Возможность для быстрого вбрасывания существовала, однако Барретт задержался с решением. За это время валлийцы вернулись, заполнили свободные зоны и превратили потенциальную атаку против разрозненной линии в обычное статичное владение. Это мелкие эпизоды только по продолжительности. На уровне тестового регби несколько секунд часто отделяют свободный край от полностью восстановленной защиты.
Я не считаю правильным возлагать поражение на одного игрока. Барретт проводил первый тест в роли капитана, одновременно отвечал за игру с позиции фулбэка и участвовал в управлении атакой рядом с Мо'унгой. Но именно поэтому два промедления так показательны: они отражали общее состояние команды, которая слишком часто ждала удобной структуры вместо того, чтобы использовать короткий момент беспорядка у соперника.
Запоздалая реакция со скамейки
Я не возьмусь учить тренерский штаб Новой Зеландии и выдавать собственные мысли за готовый рецепт. Но матч оставляет право задать вопросы. Если атака повторяла одни и те же действия и не находила очков, почему её управление начали менять так поздно? Кайл Престон вышел на 65-й минуте, Рико Иоане — на 67-й, а Итан Блэкаддер — только на 70-й. К тому моменту Уэльс уже поверил, что способен выдержать любую следующую серию.
Выбор скамейки в соотношении шесть нападающих к двум игрокам линии давал All Blacks свежесть в контакте, но ограничивал возможности изменить рисунок нападения. Замены столбов на 50-й минуте сохранили давление, затем вышли новые форварды, однако команда получила дополнительные силы для выполнения прежнего плана, а не новый способ вскрытия защиты. Ренни после матча справедливо включил в предстоящий разбор и подготовку, и селекцию, и время замен.
Это не отменяет качества валлийской игры. Напротив, запоздалая реакция стала проблемой именно потому, что Уэльс быстро учился внутри матча. После первых новозеландских попыток хозяева лучше закрывали поддержку рядом с прорывом, а после перерыва точнее выбирали моменты для борьбы в раке. All Blacks продолжали наращивать объём, тогда как валлийцы меняли детали.
Что на самом деле решил этот матч
Уэльс не провёл безошибочный матч. Решение продолжить игру перед перерывом стоило команде семи очков преимущества, а во второй половине она слишком надолго отдала сопернику мяч и территорию. Но валлийцы не позволили этой ошибке изменить собственное намерение. Они снова резко начали после перерыва, а затем сумели перейти от смелого нападения к терпеливой и хорошо организованной защите.
Для Новой Зеландии поражение стало ответом на вопрос, который штаб сам поставил выбором состава. Глубина существует не там, где в заявке много известных фамилий и сотни тестов опыта, а там, где новые сочетания сохраняют общую скорость мысли под давлением. В Кардиффе этого не произошло. Массовая ротация снизила сыгранность, а тренеры слишком поздно попытались изменить рисунок матча, когда преимущество во владении уже превратилось в повторение одних и тех же решений.
И всё же главным итогом для меня остаётся игра Уэльса. Хозяева не просто воспользовались ослаблением соперника: они заставили обновлённых All Blacks сомневаться, наказали их за медленные решения и выдержали момент, когда физическая и территориальная нагрузка стала почти предельной. Новая Зеландия получила болезненный урок о цене несогласованности, а Уэльс заслужил победу тем, что в решающие минуты действовал как более цельная команда.
Эмиль АЛИЕВ
Италия – Springboks: пять выводов о жёстких решениях Расси Эрасмуса и спасении от Bomb Squad после “самой суровой красной карточки”
Южноафриканец Грант Уильямс (в центре) реагирует после занесённой попытки в матче турнира Nations Series по регби между Италией и Южной Африкой. Фото: Planet Rugby После победы Springboks над...
Знакомим со странами-участниками Кубка мира 2023 - Австралия
Продолжаем знакомить наших читателей со странами-участниками Кубка мира 2023 Австралия - одна из четырех стран, которым удалось выиграть Кубок Уэбба Эллиса за 33-летнюю историю турнира: в 1991 и...
Страдания Уэльса закончились: команда сдержала очередной камбэк Японии и одержала первую победу со времён Кубка мира по регби
Скрам-хав Киран Харди (справа) отыграл все 80 минут в обоих матчах против Японии. Фото: HUW EVANS PICTURE AGENCY Уэльс положил конец почти двухлетней череде поражений и добился первой победы со...














